Дьявол во плоти и ахиллесовы пяты сильных мира сего

Обнародованные более трех миллионов страниц погибшего при загадочных обстоятельствах в тюрьме США бизнесмена Джеффри Эпштейна продолжает будоражить не только Штаты, но и весь мир. От членов королевской семьи некоторых европейских стран до министров иностранных дел восточно-европейских государств, представителей медиа, бизнес-структур, спецслужб: после обнародования файлов имена, всплывающие в этих документах стали темой обсуждения и пристального общественного внимания.

Минюст США опубликовал около 3,5 млн страниц документов по делу Эпштейна (видео, фото, отчёты и др.). на сегодняшний день это крупнейшая часть материалов, когда-либо доступных публике. “Дьявол во плоти” так можно коротко охарактеризовать человека, являвшимся «узлом» в этой грязной системе со своим печально известным островом (островами) в Карибском море с участием несовершеннолетних - от насилия и убийств до каннибализма.

Происходящее на объектах, принадлежавших Эпштейну, фиксировалось установленными там камерами видеонаблюдения. В настоящее время лишь ограниченная часть этих материалов используется в качестве доказательств преступлений, тогда как значительная доля информации остаётся засекреченной по причинам защиты жертв и свидетелей, недопущения клеветы в отношении лиц без установленных обвинений (презумпция невиновности), а также из-за продолжающихся или потенциальных расследований.

Выстроенная им система складывалась поэтапно. В 1980–90-ые годы Эпштейн позиционировал себя как финансового консультанта для сверхбогатых, никогда публично не раскрывал, откуда именно его капитал, работал с очень узким кругом клиентов, что в свою очередь создавало ореол «исключительности». Он целенаправленно делал ставку не на бизнес как таковой, а на связи: посещал закрытые мероприятия, знакомился с влиятельными людьми - политиками, учёными, аристократией. Т.е. Эпштейн почти не был публичной фигурой, но всегда был рядом с теми, кто публичен.

Создаваемая им система начиналась с «классической» схемы постепенного втягивания жертв в неё с дальнейшей эксплуатацией. Упор делался в первую очередь на нуждающихся молодых людях: помощь с работой или визой для иностранных студентов, оплата предлагалась больше, чем обычно, а затем - создание компромата и зависимости.

Попытка раскрутить клубок связей жертв насилия и влиятельных лиц была впервые предпринята еще в 2005–2006. Тогда в Палм-Бич (Флорида) родители одной из школьниц подали заявление, по этим следам полиция собрала десятки свидетельств о насильственных действиях Эпштейна в отношении несовершеннолетних (около 30-и жертв в возрасте от 12 до 17 лет), т.е. уже тогда был массив доказательств. Однако тогда дело «сошло с рук». Вместо полноценного суда была закрытая сделка с минимальным сроком- символическим наказанием подозреваемого.

Распутывание же этого скрытого дела произошла благодаря журналисту Miami Herald. Джули К. Браун -ключевая фигура, без которой никакого “дела Эпштейна” в его нынешнем виде просто бы не существовало.

С чего она начала расследование? В 2017 Браун задала один простой вопрос: Почему человек, против которого были десятки показаний несовершеннолетних, получил настолько мягкое наказание? Она не искала сенсаций -она перепроверяла процесс.

Минюст не смог проигнорировать расследование Браун, потому что речь шла о нарушении закона, а не репутации; факты были документально подтверждены.

Благодаря расследованию Браун у дела появился второй юридический шанс. В результате ее кропотливой работы были подняты старые материалы, было доказано, что дело «похоронили», что заставило общество задать вопрос: почему? Т.е. без журналистов дело так и осталось бы локальным эпизодом в пределах США.

А тогда, 2015–2018 годах началась вторая волна этого дела, стали рассматриваться гражданские иски: спустя годы жертвы (а их более 80 идентифицированных) начали говорить публично и уже появились имена, маршруты, документы, что сделало дело политическим и токсичным одновременно.

Сложилась такая ситуация, при которой власти уже не могли молчать, так как молчание выглядело бы как причастность или признание вины.

Тогда состоялся повторный арест Эпштейна на федеральном уровне- обвинения уже невозможно было «замять» или локализовать. С этого момента система начала рушиться, но узнать подробности не удалось - он, по официальной версии, не дожил до суда.

Некоторые журналисты сомневаются не только в том, что это было самоубийство, но и в том, что он вообще умер. Причина тому - «изчезнувшая» минута с лишним видео с камер наблюдения в тюрьме.

Это дало пищу для информационной «вакуумной» спекуляции- когда объяснение чего-либо неизвестно или неполно, люди склонны заполнять пробелы собственными интерпретациями.

Главный мотив публицистичности данного дела - это закон, принятый Конгрессом США в 2025 году Epstein Files Transparency Act. Этот закон обязывает Минюст опубликовать все (несекретные) документы, связанные с расследованием Эпштейна и его сообщницы Гислен Максвелл (сейчас она отбывает 20-летний тюремный срок в США). Закон большинством голосов прошёл и был подписан Дональдом Трампом (что делает его обязательным для исполнения).

После публикаций судебных документов СМИ постоянно уточняют, что упоминание имени в документах (переписках) не равно обвинению. Наличие имени в файлах может означать переписку с Эпштейном, деловой контакт (например, обсуждение инвестиций), обмен сообщениями без участия в его преступной деятельности, присутствие на одном мероприятии. Т.е. в большинстве случаев не существует доказательств, что эти люди участвовали в незаконных действиях или знали о преступлениях Эпштейна.

Вместе с тем масштаб круга общения шокирует и сам факт таких связей привел к кризису доверия. После обнародования новых материалов по делу Джеффри Эпштейна под серьёзным давлением оказались, например представители британской элиты. Бывший министр и член Палаты лордов Питер Манделсон фигурирует в документах в связи с финансовыми контактами и общением с Эпштейном: после публикации он покинул Палату лордов, а британская полиция начала проверку по подозрению в злоупотреблении служебным положением. Резонанс вызвали и материалы о Саре Фергюсон, бывшей герцогине Йоркской: обнародованная переписка свидетельствует о её дружелюбных контактах с Эпштейном уже после его осуждения, что привело к закрытию её благотворительного фонда и резкому росту общественной критики.

Ведущие издания подчёркивают именно этот факт, что Эпштейн - не одиночка. Главный акцент - вопрос СМИ: как человек без официальной должности смог получить доступ к самой верхушке мировой элиты, и почему его не остановили раньше? Хотя конечно ответ на вторую часть вопроса вытекает из первой.

Дело Эпштейна не ограничивается Соединенными Штатами. Влиятельные персоны, чьи имена всплыли в обнародованных файлах сейчас вынуждены признать связь с педофилом, которую ранее опровергали.

Понятно, что Эпштейн не “придумал” эту систему порочного зла, а использовал закрытость элит, деньги, страх репутационных потерь и юридические лазейки. И именно поэтому дело стало таким важным: оно показывает не только преступника, но и систему, которая позволила ему существовать.

Вместе с тем несмотря на то, что дело Эпштейна приобрело глобальный масштаб- это, по мнению многих, скандал элит, а не разведоперация государств, которая часто муссируется в сми. Поэтому попытки превратить его в «след Моссада» или Франции и тп.- это больше похоже на информационную войну. По крайней мере пока нет доказательств обратного.

Здесь вспомнилась фраза из урока истории про абсолютную монархию о том, что «власть развращает, а власть абсолютная -развращает абсолютно». Те. у которых в руках есть власть, деньги, вместо свободы, стали заложниками своих пороков. Эпштейн же в свою очередь использовал их уязвимые места, так называемые «ахиллесовы пяты». Как он сам признается в одном из интервью «у него хорошее зеркало». Он - часть и одновременно отражение этих пороков, подпитываемых чувством вседозволенности и безнаказанности.

Миллионы страниц документов, фотографии и видео обнародованы и изучаются. Всплывают новые факты. Значит ещё много сюрпризов впереди.