Корреспондент Al Jazeera Барнаби Ло, работающий в Сеуле, сообщает о растущем разрыве между оптимизмом инвесторов и экономической реальностью в странах Азии на фоне подорожания нефти.
Мировые цены на эталонную марку Brent crude oil поднимались выше $107 за баррель после того, как переговоры между США и Ираном застопорились. Позднее цена немного снизилась — примерно до $106,50, однако это всё равно отразилось на стоимости топлива в регионе.
В Южной Корее это уже привело к небольшому росту цен на автозаправках. Несмотря на государственное регулирование оптовых цен на нефтепродукты, стоимость топлива на розничном уровне продолжает расти, так как она напрямую привязана к мировым котировкам нефти. С начала конфликта вокруг США, Израиля и Ирана цены на бензин в стране увеличились более чем на 18%.
В ответ правительство Южной Кореи запустило программу финансовой поддержки: дебетовые карты с выплатами получают около 70% населения с низким и средним доходом — примерно 35,8 млн человек. Размер помощи варьируется от $67 до $400 на человека.
Подобные меры принимаются и в других странах региона, однако они не полностью компенсируют рост расходов. Например, на Филиппины водители минибусов получают субсидии, но жалуются на сокращение доходов — их прибыль падает до менее чем $5 в день.
В Индии ситуация усугубляется закрытием малых и средних предприятий, что приводит к росту безработицы среди рабочих. Экономисты связывают это с ростом издержек на энергоносители и снижением маржинальности бизнеса.
В Таиланде власти даже рассматривают нестандартные решения: например, переработку пластиковых водяных пистолетов, используемых во время празднования Сонгкрана, в нафта-продукты и сырьё для производства пластика.
Эксперты отмечают, что текущий энергетический кризис в Азии особенно болезненно бьёт по странам с низкими доходами, где рост цен на топливо быстро отражается на стоимости жизни и уровне занятости.
