Генеральный директор МАГАТЭ Рафаэль Гросси заявил, что продолжительность возможного моратория на обогащение урана в Иране будет определяться исключительно в рамках политических переговоров, а не на основе технических расчётов или рекомендаций специалистов.
Выступая перед журналистами в Сеуле, глава агентства подчеркнул, что МАГАТЭ выполняет прежде всего мониторинговую и верификационную роль, тогда как окончательные решения по срокам ограничений принимаются на уровне правительств. «Это не вопрос технологий или возможностей — это вопрос политического выбора и договорённостей между сторонами», — отметил он.
Заявление прозвучало на фоне продолжающихся переговоров между США и Ираном, направленных на выработку нового соглашения по ядерной программе Тегерана. По информации СМИ, позиции сторон остаются существенно различными: Вашингтон настаивает на введении 20-летнего моратория на обогащение урана, в то время как Тегеран предлагает ограничиться пятилетним сроком, сообщает МЕЕ.
Разница в подходах отражает более широкий конфликт интересов. США стремятся максимально продлить ограничения, чтобы снизить риск потенциальной разработки ядерного оружия в долгосрочной перспективе. Иран, в свою очередь, рассматривает такие требования как чрезмерные и ограничивающие его суверенное право на развитие мирной ядерной программы.
МАГАТЭ при этом продолжает настаивать, что его роль заключается в контроле за соблюдением возможных договорённостей, включая инспекции ядерных объектов и проверку заявленных данных. Ранее агентство неоднократно заявляло, что не располагает доказательствами того, что Иран ведёт разработку ядерного оружия, однако подчёркивает необходимость прозрачности и постоянного доступа к объектам.
Аналитики отмечают, что вопрос сроков ограничений может стать одним из ключевых факторов, определяющих судьбу будущего соглашения. Слишком жёсткие условия могут сорвать переговоры, тогда как компромиссный вариант способен снизить напряжённость и частично стабилизировать ситуацию вокруг иранской ядерной программы.
На этом фоне дипломатические усилия продолжаются, однако окончательные договорённости пока остаются неопределёнными, а позиции сторон — далекими от полного совпадения.
